Надо ли подстригать ремонтантную малину и когда проводить процедуру

малина

Вкусную и душистую малину выращивают почти в каждом саду. В последнее время садоводы все чаще отдают предпочтение малине ремонтантной. Для получения отличного урожая с таких сортов нужно знать, как правильно ухаживать за посадками, грамотно производить обрезку.

Нужно ли подстригать ремонтантную малину осенью

Ремонтантные сорта малины отличаются от классических своей способностью плодоносить 2 раза в год. Именно поэтому они пользуются большой популярностью. Такая малина крупная, вкусная, сладкая. Но для того, чтобы в конце лета и осенью наслаждаться ягодами, нужно правильно ухаживать за малинником.

Одна из самых важных процедур — обрезка кустов. Начинающие огородники сомневаются, стоит ли проводить ее осенью. На самом деле эта процедура для ремонтантных сортов обязательна, но в ряде случаев ее можно перенести на весну.

Читайте также: Как ухаживать за малиной осенью и правила подготовки кустов к зимовке

У обычных сортов малины ягоды образуются на двухлетних побегах. По этой причине обрезку проводят раз в 2 года, когда ветки уже отплодоносили. У ремонтантных кустов плоды образуются на однолетних побегах. В зависимости от технологии обрезки урожай можно собрать 1 или 2 раза.

На заметку! 

Самые крупные ягоды образуются у ремонтантной малины на однолетних побегах. По этой причине многие садоводы обрезают кусты так, чтобы собирать ягоды один раз в год. Урожайность в этом случае выше. 

Обрезка необходима по ряду причин. Если кусты не трогать и оставлять их зимовать, постепенно старые ветви начнут забивать молодые, затенять посадки. Новым побегам не останется места для полноценного роста. В загущенных посадках чаще развиваются болезнетворные бактерии, грибковые инфекции. Все это не лучшим образом сказывается на качестве урожая. Не стоит забывать и о том, что старые ветки уже не плодоносят, то есть их можно считать бесполезными. Если малинник загущен, ягоды вырастают кислыми, мелкими.

Читайте также: Почему в середине лета у малины сохнут листья и как бороться с проблемой

Когда и как проводить обрезку

Если есть желание получать хороший урожай один раз в год, ремонтантные сорта обязательно подрезают осенью. Для этого идеально подходит сентябрь, октябрь. В южных регионах стрижку можно перенести и на ноябрь. Для проведения процедуры нужно вооружиться острым секатором. Желательно продезинфицировать его режущую часть в слабом растворе марганцовки или в специальном препарате. Срезать нужно все ветви под корень, не оставляя пеньков. Можно вбить рядом колышки или пометить обрезанные ветви как-то иначе, если это необходимо. Дезинфицировать срезы не обязательно.

Если целью является получение двойного урожая за сезон, стрижку лучше перенести на весну. После того как сойдет снег, необходимо осмотреть перезимовавшие кусты. На каждом нужно оставить по 2-3 сильные ветки, но укоротить их примерно на 1/3. Остальные побеги — вырезать под корень. В этом случае сначала можно получить урожай с тех ветвей, которые были оставлены и укорочены, а второй с новых однолетних побегов.

Читайте также: Когда, как и чем лучше подкормить малину для богатого урожая

Некоторые садоводы используют немного другую технологию стрижки. Они удаляют отплодоносившие побеги примерно в конце июля, когда малина успевает отдать первый урожай. Осенью малину стригут уже после получения второго урожая. Эти ветви укорачивают на 1/3.

малина

У осенней срезки всех побегов под корень есть ряд преимуществ. Она не только позволяет получить более крупный и сладкий урожай, но и избавляет от необходимости укрывать кусты на зиму. Когда все ветви удалены, не нужно беспокоиться о том, чтобы их обработать, обвязать. Все подкормки, полив и другие процедуры можно смело переносить на весну.

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-35’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-35’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[111645] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-31’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-31’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[16973] = »

!function (d, id, did, st) { var js = d.createElement(‘script’); js.src=»https://connect.ok.ru/connect.js»; js.onload = js.onreadystatechange = function () { if (!this.readyState || this.readyState == ‘loaded’ || this.readyState == ‘complete’) { if (!this.executed) { this.executed = true; setTimeout(function () { OK.CONNECT.insertGroupWidget(id,did,st); }, 0); } }} d.documentElement.appendChild(js); }(document,’ok_group_widget’,’54857952329754′,'{‘width’:470,’height’:95}’); «+»ipt>»;
cachedBlocksArray[49504] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-27’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-27’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12311] = «»+»ipt> «+»ipt>»+»ipt> «+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12312] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-14’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-14’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[157176] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-39’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-39’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[157175] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-36’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-36’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[111646] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-33’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-33’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[111643] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-30’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-30’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[111648] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-32’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-32’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12309] = «»+»ipt> «+»ipt>»+»ipt> «+»ipt>»;
cachedBlocksArray[39276] = »

wowlink(70)»+»ipt> «;
cachedBlocksArray[12314] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-19’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-19’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12313] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-16’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-16’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12310] = «

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: ‘R-A-345801-9’, renderTo: ‘yandex_rtb_R-A-345801-9’, async: true }); }); t = d.getElementsByTagName(‘script’)[0]; s = d.createElement(‘script’); s.type=»text/javascript»; s.src=»https://an.yandex.ru/system/context.js»; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, ‘yandexContextAsyncCallbacks’);»+»ipt>»;
cachedBlocksArray[12307] = «»+»ipt> «+»ipt>»;